Резкая эскалация между Пакистаном и властями Афганистана, сформированными движением «Талибан», перешла в фазу прямых взаимных ударов и публичных заявлений об «открытой войне». Поводом стали серии трансграничных атак и ответных операций, после которых Исламабад провёл авиаудары по целям в афганских городах, включая Кабул.
Афганская сторона заявила о собственных ударах по пакистанским военным постам и существенных потерях противника, тогда как Пакистан сообщил о ликвидации десятков бойцов и разрушении объектов. На фоне противоречивых цифр и роста числа пострадавших среди гражданского населения международные структуры и ряд государств призвали стороны к деэскалации. Для региона это один из самых опасных эпизодов за последнее время, потому что в конфликт втягиваются регулярные силы с обеих сторон. Об этом сообщает NewDay со ссылкой на AP News.
Что означает формулировка «открытая война» и кто её произнёс
Ключевая фраза прозвучала из уст министра обороны Пакистана Хаваджа Асифа, который охарактеризовал ситуацию как «открытую войну». Важно понимать, что это политико-публичная формулировка, а не юридическое объявление войны в классическом смысле. Тем не менее такие заявления обычно фиксируют смену подхода: от «точечных ответов» к готовности расширять масштаб силовых действий. Параллельно Пакистан объясняет свои шаги необходимостью реагировать на атаки и обвиняет афганскую сторону в укрывательстве боевиков. Афганские власти эти обвинения отвергают и подают происходящее как ответ на предыдущие удары и давление со стороны Исламабада.
Как развивалась эскалация
События резко ускорились 26–27 февраля 2026 года, когда стороны обменялись заявлениями о нападениях на приграничные объекты и об ответных «операциях возмездия». По сообщениям крупных агентств, Пакистан нанёс авиаудары по целям в Кабуле и ряде провинций, что стало принципиально новой ступенью по сравнению с прежними инцидентами на границе. Афганская сторона заявила о собственных атаках на пакистанские позиции и о потерях противника, а также сообщала о разрушениях и жертвах среди мирных жителей. Пакистан, в свою очередь, объявил о значительных потерях у противника и о поражении военной инфраструктуры. Данные о погибших и разрушениях сильно расходятся, и независимая проверка в условиях боевых действий затруднена.
Почему Пакистан связывает угрозу с афганской территорией
Один из центральных узлов кризиса — претензии Пакистана к тому, что на афганской стороне действуют группировки, атакующие пакистанские силы и объекты. В публичной аргументации Исламабада регулярно фигурирует тема «убежищ» для боевиков и недостаточных действий Кабула против них. Это накладывается на внутреннюю проблему Пакистана с вооружённым подпольем и на рост атак в приграничных районах.
Дополнительным фактором напряжённости остаётся политика в отношении афганских мигрантов и беженцев, которая усиливает социальную и политическую нагрузку на границу. Афганская сторона, со своей стороны, настаивает, что не позволяет использовать свою территорию для нападений и обвиняет Пакистан в нарушении суверенитета. В результате спор о безопасности превращается в спор о легитимности силовых действий по обе стороны линии границы.
Что происходит на границе и какие риски для гражданских
Главная опасность нынешней фазы — «цепная реакция», когда каждый удар порождает следующий, а зона боёв расширяется от погранпереходов к крупным городам. Сообщалось о панике и повреждениях в Кабуле после ударов, а также о перемещениях людей и эвакуационных мерах в приграничных районах. Международные структуры призывали защищать гражданское население и возвращаться к дипломатическим каналам. Даже при ограниченных по времени операциях страдают коммуникации, торговля и гуманитарные маршруты, а это быстро отражается на ценах и доступности товаров.
Отдельный риск — ошибки идентификации целей, когда удары по заявленным «военным объектам» приводят к жертвам среди мирных жителей и усиливают радикализацию. Чем дольше сохраняется обмен ударами, тем выше вероятность, что локальные столкновения превратятся в затяжной кризис с непредсказуемыми последствиями.
Возможные сценарии: от деэскалации до затяжного противостояния
В краткосрочной перспективе наиболее реалистичны два сценария: ограниченная деэскалация через посредников или продолжение обмена ударами с постепенным расширением целей. Уже звучали призывы к сдержанности со стороны ООН и сообщения о дипломатических контактах, что оставляет окно для переговоров. Однако публичная риторика об «открытой войне» повышает ставки и усложняет быстрый компромисс, потому что любой шаг назад может быть воспринят как слабость.
Дополнительное давление создаёт расхождение данных о потерях: каждая сторона заинтересована показывать, что «ответ был сильнее», а это подталкивает к новым действиям. На практике многое будет зависеть от того, удастся ли остановить трансграничные атаки и вернуть коммуникацию военных по каналам предотвращения инцидентов.
Ранее мы рассказывали, зачем Трамп создал «Совет мира» и как это может повлиять на мировую политику и ООН.
